Ieeja
Reģistrācija
Zurbu – tās ir vietnes par pasaules pilsētu vēsturēm
Par Zurbu
Sakārtot pēc

Христорождественский собор 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. Esplanāde
  2. Храмы
  3. Христорождественский собор
  4. Центр
Христорождественский собор

До постройки Христорождественского собора кафедральные функции выполнял Петропавловский храм в Цитадели — маленький и для города, уже достаточно долго находящегося в составе православной державы, не очень солидный. Всё началось, как обычно, с расплывчатых пожеланий в конце XVIII века, а в 1870‑ых вылилось в сбор пожертвований и ходатайство князя Петра Романовича Багратиона, генерал-губернатора Остзейского края, к министру внутренних дел.

А тут ещё стихия. 1 сентября 1873 года буря, в частности удар молнии, изрядно побила кафедральный собор. У колокольни больше не было верхнего карниза, частично пропали роспись и оконные стёкла. Узнав об этом, Александр Второй 17 апреля 1874 года пожертвовал 900 000 рублей на строительство. Проекты творили Янис Бауманис, Генрих Шель и Роберт Пфлуг; последний добился успеха и в декабре следующего года получил государево одобрение. Николай Чагин, главный архитектор Виленской губернии, победил в конкурсе подрядчиков, и 3 июля 1876 года епископ Рижский и Митавский Серафим заложил первый камень и освятил стройплощадку.

Христорождественский собор

Лет за пять почти управились, но тут царь, уже Александр Третий, раскошелился на дюжину колоколов. Они не вписывались в реализуемый проект — Роберт Пфлуг допроектировал колокольню над входом заместо звонниц в каждом из маленьких куполов. Главный, восьмисотпудовый Александро-Невский, поднимали восемьсот же солдат. Наконец, 28 октября 1884 года все двенадцать зазвонили: собор был освящён.

Большинство предметов убранства выполнили лучшие мастера обеих столиц. Среди знаменитых иконописцев был и более известный как баталист Верещагин; часть перенесли из Петропавловской церкви в знак преемственности. Общая стоймость составила около полумиллиона рублей. Богослужения проводились на церковно-славянском, латышском, эстонском и немецком.

Эвакуация 1915‑го разорила и собор. Если иконы ещё оставались в Риге и потом частично вернулись, то колокола отправились в Нижний Новгород, а крупнейший — в близлежащее село Павлово. Все кроме одного пропали для рижского собора навеки. Большинство священнослужителей переселились в Тарту.

В сентябре 1917‑ого немцы, занявшие Ригу, перекроили собор под лютеранскую гарнизонную кирху. И уже 1 января 1919 было совершено последнее богослужение, и бежавший из города пастор через солдат спешно передал ключи православному приходу.

В отличие от потомков, большевики 1919 года отнеслись к собору с почтением. Зодчий Александр Трофимов безвозмездно взялся за руководство восстановлением, и уже в Вербное воскресенье состоялась первая служба. 6 января 1920‑го ремонт завершился, а 28 февраля министр внутренних дел Арведс Бергс приказал опечатать храм: неизвестно, кому он принадлежит, а как построенный на казённые средства, должен быть передан государству. Да и неплохо бы какой‑нибудь храм отдать православным латышам. Словом, не без политики.

Наконец, в марте 1921 года Синод полностью завладел собором. Теперь из языков богослужений оставили только церковно-славянский и латышский. Ситуация ещё была нестабильна, но со временем, особенно с архиепископством Иоанна Поммера, всё сложилось, и прекратились разговоры о сносе или перепрофилировании под национальный пантеон или что‑либо подобное.

Остался собор собором и после бурно пережитой Второй Мировой, зато 5 октября 1963‑го Совет Министров распорядился о закрытии. Поговаривают, что всесоюзный министр культуры Екатерина Фурцева, находясь в здании Совмина через дорогу, была неприятно поражена и сделала соответствующий намёк. Кресты с куполов полетели в металлолом, хотя и были изнутри дервянные.

А ещё в 1958 году Латгипрогорстрой спроектировал планетарий на Домской площади, вместо разрушенных войной зданий. Противники упоминали узость участка и конкуренцию в монументальности не в пользу новостройки. Взамен предлагались как Парк Победы, так и место будущей школы №3. Теперь же нашёлся вполне подходящий купол.

Архитектор Юрис Скалбергс полностью перечертил внутренности, и в 1964 году открылся Республиканский Дом знаний. Тут и звёздное небо, и лектории, и выставочные залы, и прозванное «Dieva auss» кафе, что примерно означает «У Бога за пазухой». Неспроста ещё в апреле 1882‑го в недостроенном храме вешали маятник Фуко. На три десятилетия главным православным собором республики стал Свято-Троицкий в конце улицы Барона.

В 1990‑ом собор вернули, и следующим летом началось восстановление. Железобетон разбирали целых пять лет, аккуратно, чтобы не повредить исторические стены. При этом первое богослужение прошло уже 6 января 1992 года.

Однажды при поиске павших советских воинов курсанты Военного училища имени Алксниса отыскали и привезли в Ригу один из колоколов, пропавших в 1915‑ом. Когда в 1993 году РВВАИУ перестало существовать, а собор только начинал новую жизнь, находку передали. Два года после причисления Иоанна Поммера к лику святых, в 2003‑ьем, сюда с Покровского кладбища были перенесены его мощи.

Может, на третий раз собор простоит подольше?

56° 57' 14" N 24° 69' 2" E

Эспланада 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. Esplanāde
  2. Umurkumurs
  3. Гора Куббе
  4. Иосиф Сталин
  5. Памятники
  6. Сады и парки
  7. Центр

Неспроста в народной песенке «Rīga dimd» поётся «Visapkārt smilšu kalni, pati Rīga ūdenī»: в стародавние времена Ригу и вправду окружала гряда песчаных горок. Самая высокая звалась Куббе, она же Старая, она же Рижская, она же Яковлевская. 24 июля 1198 года у её подножья произошла битва, в которой немцы одержали своего рода пиррову победу над ливами: местный воин Имаут заколол епископа Бертольда. Его сменил тот самый Альберт, которого принято считать основателем города.

1581 год. Гора Куббе. Изображение с сайта historic-cities.huji.ac.il 56° 57' 17" N 24° 67' 4" E

Город со временем оброс стенами, бастионами. И вновь горка подложила свинью: с неё супостату город был виден лучше, чем с любого спутника, да и пушки можно было запросто поставить на вершине. Соответственно, укрепления с этой стороны делали самыми надёжными. Уже в 1697 году генерал-губернатор, настороженный Великим посольством, приказал магистрату, гильдиям и бюргерам уничтожить опасную возвышенность, приказывал ещё два года подряд, а никто не слушался. Послушались только в 1783—1784 годах.

Всякий сброд, изгнанный из города, селился в песчаных пещерах горки; помимо этого, рядом образовалось обыкновенное предместье. Сначала это были просто незаконно пристроенные к стене домики, вскоре уничтоженные. В другой раз дома снесли в 1543 году: жильцы незаконно торговали с крестьянами, что считалось привилегией горожан. Окончательно предместье у горки за один день истребили в 1772‑ом, всего около сотни домов вокруг всей крепости: было необходимо создать свободную полосу для удобной защиты. В фортификации такая полоса называется эспланадой.

В 1812 году рижане, испугавшись Наполеона, зря сожгли часть своих предместий, и через три года был готов план их восстановления. На месте нынешнего парка значилось «Exercierplatz» — площадь для военных учений и парадов. По периметру вырос символический заборчик, и солдаты начали маршировать здесь вместо современной площади Екаба.

1842 год. Умуркумурс глазами художника Рикманна

Другим мероприятием, регулярно проходившим там же, был Умуркумурс, воспоминание о жутких 1601—1603 годах. Тогда, после вторжения шведов в польскую Ливонию, поляки вернули свои земли, да так, что все крестьяне разбежались по лесам и забросили свои поля. Логично, потом наступил голод. Одним из уцелевших мест была Рига, куда сельчане и отправились за помощью. Рижане кое‑как спасли нуждавшихся, приютили их на горке Куббе, но на следующий год поля без присмотра стали ещё хуже, а в лагере начались жуткие беспорядки в борьбе за еду. Тогда город поделил беженцев на сотни и десятки для поддержания дисциплины. Старшие получали питание в близлежащем госпитале святого Георгия, когда там на столбе появлялся хвойный венок. Белый флажок на том же столбе означал новости, а красный — беду.

Весной 1603 года пошли слухи, что урожай обещает быть хорошим, но крестьяне боялись покидать Ригу, и магистрат сжалился. Наконец, в конце июля разослали гонцов, а на столб вывесили красный флажок — кто первый вернётся с хорошими вестями, тот пусть сорвёт, трижды помашет в сторону города и оставит на память. Первым 5 августа пришёл гонец из Нереты, в современном Екабпилском районе у литовской границы, трижды поклонился в сторону Риги вручил представителю магистрата батон хлеба и получил в награду венгерский дукат. Наутро на горке провели торжественное богослужение, и под конец священник объявил возвращение беженцев домой.

Около тридцати тысяч человек покинули лагерь, ещё несколько тысяч остались ремесленниками в Риге. Каждый год 6 августа они собирались на богослужение и гуляния, названные «Hungerkummer» — голодные беды. Соответственно, горка получила ещё одно название — «Hungerkummerberg». Гуляния проходили в три подхода, в первый понедельник после богослужения следовало забраться на столб и сорвать красный флажок, в третий — белый, а в пятый — хвойный венок. С красным отвешивали три поклона городу, белым только махали, а венок весь день носили на голове. В XIX веке об истоках уже забыли, и Умуркумурс остался только красивым праздником. На верхушку вешали ленты, гирлянды, готовые костюмы, двадцатипятирублёвые серебряные монеты, а сам столб натирали цветным мылом. До постройки Христорождественского собора в 1884 году торжества ежегодно проводились на горке Куббе, а с её срытием остались на эспланаде, затем перебрались на площадь Екаба; в 1905 году Умуркумурс попытались перенести на Красную горку в Московском форштадте, но там он быстро заглох.

Тем временем упомянутый «Exercierplatz» дважды поменял название: в 1843 году он стал Марсовым полем, а в 1858 — Парадной площадью. Вокруг появились капитальные дома, и жильцы начали жаловаться на шум и пыль, но спорить с военным ведомством было, как всегда, очень затруднительно. Трижды там устраивались Балтийские сельскохозяйственные выставки — в 1865, 1871 и 1899 годах. В целом, это был неприглядный пустырь в самом центре города.

1930-ые. Парад пожарных на Эспланаде

26 декабря 1875‑го царь-батюшка позволил построить собор, но больше ничего и никогда. К концу века особенно остро встал вопрос о застройке Эспланады, ведь требовалось место для художественного музея и биржевой школы. Мелькали и проекты продления улицы Базницас — насквозь, с домами со стороны собора, а также с переулками по обе его стороны. Чиновники оглядывались на царский указ и разрешения не давали. В марте 1900 года собралась даже специальная комиссия для решения вопроса. Учитывая, что из восьми человек шестеро были генералами и полковниками, решение было ясно заранее. Они и вправду ратовали за сохранение парадной площади, ведь где ещё маршировать или, в случае войны, собирать реквизированных у населения лошадей? Предложенные городом земли в Задвинье и у Петербургского шоссе милитаристам не нравились.

1950‑ые. Старый фонтан Эспланады 56° 57' 18" N 24° 69' 2" E

На семисотлетии Риги, летом 1901 года, ещё пока пустынная Эспланада приютила большую ремесленно-промышленную экспозицию. Ещё до открытия выставку посетил военный министр Куропаткин, остался очень доволен, смягчился, и 10 января 1902 года было получено давно ожидаемое добро на озеленение краёв Эспланады и строительство зданий. Город обещал довести бывшее Марсово поле до уровня столичного аналога. Посередине осталось песчаное поле, остальное же место занял парк с фонтанами с двух сторон, работавшими два часа в день, а по праздникам и воскресеньям — три. Между Реймерса и Сколас устроили аллею верховой езды, по договорённости с 20‑ым армейским корпусом, что в случае необходимости деревья будут уничтожены. Во избежание несчастных случаев с обоих въездов поставили таблички «Reitweg», говорившие о назначении дорожки. В 1925 году, посчитав коней угрозой детям и другим прохожим, верховую езду запретили.

В 1912 году, к столетию Отечественной войны, открыли памятник полководцу Михаилу Барклаю-де-Толли. В 1915 году, при эвакуации, он пропал, и долгие годы оставался лишь гранитный постамент. В те годы была мысль поставить ещё один памятник, симметрично относительно собора, — военному инженеру Эдуарду Тотлебену. Проект так и остался проектом.

1954 год. За забором создают парк Коммунаров

Вскоре стало смутно. Власти боролись и менялись. Так, 14 января 1919 года, при большевиках, из больницы Красного Креста в Гризинькалнсе на Эспланаду прошла демонстрация с гробами 27 борцов революции. Там они были погребены в братской могиле, а Петерис Стучка на митинге объявил новое название местности — площадь Коммунаров. Официально оно вступило в силу 2 февраля, но вскоре сменилась идеология, и 4 ноября 1920 года гробы уже тайно выкопали, под прикрытием ночи, полиции и армии, и отвезли куда‑то за Братское кладбище.

И при новой власти пустое пространство служило массовым мероприятиям. Тут неоднократно проходили праздники песни, — один, третий, состоялся на Эспланаде ещё в 1888 году; праздники молодёжи, скаутов и их коллег женского пола гайд. Продолжались и армейские парады. Зимой заливали каток, под Рождество работала и ярмарка. При Улманисе родилось новое имя — «Vienības laukums», площадь Единства.

1964 год. Парк Коммунаров
Проект парка с памятником Сталину

Разумеется, вскоре вернулось название, данное Стучкой. При этом после благоустройства 1950—1952 годов это уже была вовсе никакая не площадь. Появились новые фонтаны, фонари, бордюры, и кульминацией должен был стать памятник Иосифу Виссарионовичу, но ветер сменился, и его место занял Райнис. Монумент представили публике 11 сентября 1965 года, ровно сто лет после рождения писателя, и тогда же у него прошли первые Дни поэзии. Вскоре на бывшей аллее верховой езды встали десять гранитных бюстов заслуженных коммунистов.

А потом старое название восстановили, коммунистов убрали, зато в 2002‑ом с боем вернули Барклая-де-Толли, а в 2006‑ом поставили и памятник полковнику Оскарсу Калпаксу.

56° 57' 18" N 24° 68' 3" E

Выставка 700-летия Риги 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. 700-летие
  2. Esplanāde
  3. Выставки
  4. Мосты
  5. Югендстиль
Общий вид выставки
Ресторан пивоварен «Livonia» и «Ilgezeem». 56° 57' 18" N 24° 66' 4" E
1901 год. Мост, соединявший две части юбилейной выставки 56° 57' 18" N 24° 65' 5" E

На семисотлетии Риги, летом 1901 года, ещё тогда пустынная Эспланада приютила большую ремесленно-промышленную экспозицию. Показывали самые разные вещи, от бутылочных пробок до автомобилей. При этом из 775 предприятий три четверти были рижскими, остальные из других балтийских мест. Всю Эспланаду и часть Стрелкового сада (современный парк Кронвальда) заняли 21 здание, построенное городом, и 26 частных павильонов; почти все предвещали близкую победу югендстиля. Многие из них были впоследствии проданы и перевезены. Внутри как показывали готовую продукцию, так и творили на месте — так, в павильоне фабрики Мюнделя скрутили сорок тысяч сигар. Почти каждый вечер в десять часов проводились концерты.

Оба сада соединял перекинутый наискосок через перекрёсток деревянный пешеходный мост.

«Викинги» на фоне «Старой Риги»
Ратуша. Рисунок Вильгельма Неймана
План «Старой Риги». Рисунок Вильгельма Неймана

В часть Стрелкового сада, не занятую выставкой, привезли качели, карусели, киоски и даже целую негритянскую деревню из Дагомеи — современного центральноафриканского Бенина. По каналу плавали гондолы, изображая Венецию; их же путём проследовал и корабль викингов.

На другой берег с «Птичьего луга» вели мостики: там расположилась «Старая Рига». Романтичный макет якобы города XVII века, спроектированный зодчими Вильгельмом Нейманом, Августом Рейнбергом и художником Эрнестом Тоде: пять башен со стеной, площадь с ратушей и Домом Черноголовых, окрестные улицы. Не совсем исторически верно, но для туристов — самое то: ресторанчики, магазинчики, кондитерские, мастерские ремесленников и алхимиков, аптека, антиквариат…

56° 57' 22" N 24° 63' 1" E Изображения с сайта http://www.acadlib.lv/riga700/

Академия художеств 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. Andris Vainovskis
  2. Biruta Vainovska
  3. Esplanāde
  4. Академия художеств
  5. Кинематограф
  6. Сады и парки

Рижский Биржевой комитет, не самая бедная организация, в начале века пожелала построить школьное здание. Как раз в это время городские власти добились в Петербурге разрешения на строительство пары общественных зданий по краям Эспланады.

Место оказалось приятным и в плане почвы — фундамент закопали всего на 2,5 метра. Строительство шло с 1902 по 1904 год. Архитектор Вильхельм Бокслафф выбрал для фасадов готику — как намёк на немецкость организации. Внутри же здание было абсолютно современным. Перекрытия отлили из железобетона, вентиляционные трубы замаскировали под элегантные башенки, в некоторых классах установили проекторы — эпидиаскопы. Над креслами поработали ортопеды, аппараты для лабораторий заказали в Хемнице, Лейпциге и Вене. Рижская мастерская Эрнеста Тоде создала витражи. Традиционно разместили квартиры: в двухэтажном корпусе справа от залов построили семикомнатные для администрации и поменьше — для другого персонала. Рижское Биржевое коммерческое училище получилось комфортным.

Тем временем, в 1909 году Вилхелмс Пурвитис стал директором Рижской немецкой школы искусств и начал поднимать идеи о преобразовании в Академию художеств. Петербургская академия, под чьим крылом находилось заведение, была не против, равно как и некоторые ответственные бюрократы; случилась война.

Проект пристройки к Академии художеств. Архитекторы Андрис Вайновскис и Бирута Вайновска, 1979 год.
www.221b.ru/geo.htm — описания мест съёмок ленфильмовского фильма о Шерлоке Холмсе (1979 год). На изображении — кад

В лихолетье установившаяся советская власть в 1919‑ом быстро основала Академию Художеств под руководством Пурвитиса и отдала здание коммерческого училища. Пришла власть латвийская, вернула дом Биржевому комитету, а людей искусства подселила к железнодорожной управе на Гоголя за вокзалом, оставив последней часть дома со входом с угла. И тем, и другим было тесно, но в 1921 году произошёл первый набор — 192 человека.

Вернувшись, Советы вновь дали то же самое здание, немцы устроили там лазарет, но в третий раз Академия обосновалась там уже крепко. Насколько переезд спас от тесноты — открытый вопрос, ведь в доме было всего три десятка учебных помещений, а вскоре пришлось подвинуться и в пользу школ искусства имени Розенталса и музыки — имени Медыньша.

Наконец, в 1979 году состоялся конкурс на полуподземную пристройку во дворе. Помимо творческих мастерских, там должны были разместиться библиотека и выставочный зал. Первую премию получили Андрис Бирута Вайновские, четыре предложения жюри предложило выкупить, ничего не построили. В 1989‑ом Совет Министров постановил отдать школьное здание напротив, а на улице Барона построить новый дом у 18 школы. Всё это намечалось на ближайший год, но бюрократия всесильна. Новый корпус был открыт лишь в сентябре 2012 года.

Оставило свой след здание и в кинематографе – в знаменитом советском фильме про Шерлока Холмса оно выполняло роль английского замка.

56° 57' 18" N 24° 66' 5" E