Ieeja
Reģistrācija
Zurbu – tās ir vietnes par pasaules pilsētu vēsturēm
Par Zurbu
Sakārtot pēc
  • laika pēc noklusēšanas
  • ieraksta labošanas laika

1903. Планы узловыхъ и концевыхъ пунктовъ сѣти желѣзныхъ и гл. водныхъ путей сообщенiя 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. Железная дорога
  2. Карты
  3. Транспорт
Apskatīt karti
1903. Планы узловыхъ и концевыхъ пунктовъ сѣти желѣзныхъ и гл. водныхъ путей сообщенiя

Фрагмент с Ригой, издание 1903 года по состоянию на 1901 год.

Национальный театр 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. Национальный театр
  2. Театры
  3. Центр

К концу XIX века представления на русском языке ставились то в Русской ремесленной артели по нынешней улице Езусбазницас, то в здании общества «Улей» — в XXI веке там тоже находится Русский театр. В те же годы ни одна из этих сцен не была подходящим местом для истинных театралов: в соседних помещениях и курили, и кричали; этажом выше зала «Улея» находилось кафе, что явно не добавляло пожарной безопасности. К тому же, Немецкий театр уже прочно занимал здание нынешней Оперы, и генерал-губернатор Лифляндии Суворцев желал видеть в Риге и Русский театр, мест примерно на восемьсот.

Приказ обдумать проблему Рижская дума получила 8 апреля 1897 года, 19 мая — согласилась строить, но с условием: во Втором городском, он же Русский, театре в свободные дни будут проходить и нерусские представления. Открытый конкурс завершился первым августовским днём 1898 года и шестью присланными проектами — в основном, российских, но не местных зодчих.

Одним из них был пусть и рижанин, но в то время проживавший в столице Август Рейнберг. Его предложение под девизом «Dum spiro, spero» оказалось достойным первого приза — восьмисот рублей и осуществления. Питерский профессор Шрётер чуть поправил задумку, например, убрал с фасада башенки, — и 12 января 1899 года архитектурные ведомства передали проект дальше. Фасады отражали вкусы рижан XVIII века.

Смета гласила: 315,5 тысяч рублей; действительные расходы составили ненамного больше: около 340 тысяч. Финансы шли из запасного бюджета города; та же городская дума впоследствии раскошелилась на десятитысячерублёвый реквизит.

Вид театра сзади. Изображение с сайта latvians.com

Одной из причин небольшой растраты стали неожиданные подземные открытия. Мало того, что часть территории ближе к каналу была относительно недавно насыпана на месте широкого городского рва, так ещё и в твёрдой части нашлись трёхвековые сваи одного из уничтоженных бастионов Цитадели. Другими «кладами» оказались кусок мощёной дороги и обрывки проводов построенного в 1852 году электротелеграфа из Риги в Даугавгриву. Стали думать: выкорчёвывать всё это или построить театр на сваях — второй вариант победил. Дубовые свали загоняли полгода — с 1 ноября 1899 года по 15 апреля 1900-го; всего в земле оказались без семи полторы тысячи.

Наконец, 1 июля 1900 года подошло время традиционного праздника — обогащения фундамента капсулой с ценной информацией для потомков. Стеклянный сосуд содержал пергамент с планами здания и текстом на русском, немецком и латышском. Теперь строительство могло продолжаться вплоть до завершения осенью 1902-го. Маститый Август Фольц взвалил на свои плечи атлантов и прочие скульптуры фасадов, фирма «Otto & Wassil» занялась интерьером. Возведением руководил мастер Кришьянис Кергалвис — в общем, над зданием трудился весь цвет рижского строительства.

Здание получилось современным. Система вентиляции проработала без проблем полвека, железный занавес производства рижского завода «R. H. Mantel» защищал от возможных пожаров в два раза дольше. Кстати, спустя два десятилетия после нещадного пожара в Немецком театре проектировщики как следует позаботились об обуздании огня: в каждом коридоре было по два гидранта, ещё четыре стояли снаружи, в подвале дежурил пожарный, имевший там и квартиру. Театр освещали 428 ламп, два телефона служили для связи со внешним миром. Оставалось только подключить к тогда ещё не полностью построенной канализации — 1 августа 1911 года. Раньше, к 1904 году, поспела пристройка с дополнительными служебными помещениями.

14 сентября 1902 года на новой сцене ставили «Снегурочку» Островского. Театр открылся, и неважно, что над сценой указали 1901 год. Согласно пожеланиям губернатора, в нём было 808 мест; самому же ему досталась ложа слева от сцены. Пристутствовало нововведение: билеты одновременно служили и номерками гардеробов.

Изображение с сайта data.lnb.lv/digitala_bibliote…

Увы, скоро заварилась каша войны, вынудившая главного режиссёра Константина Незлобина покинуть Ригу. Число спектаклей упало, сцена всё больше говорила по‑латышски, пока не пришли немцы и окончательно не сыграли в либерализм: появился Рижский Латышский театр, который гордума ещё в мирные годы обещала построить на месте привычного нам «Stockmann»-а. Латышская оперная труппа тоже обосновалась в театральных стенах — оттого именно их газеты порой звали Оперой. Например, «Jaunākās ziņas» от 19 ноября 1918 года писала о событиях предыдущего дня:

Уже с 3 часов в здании Рижской Латышской оперы начали собираться латышские политики, в 4 состоялся акт провозглашения латвийского государства. Часы показывали уже полпятого, когда в зале зазвучали крепкие апплодисменты, которыми приветствовали членов Народного совета, которые торжественным шествием прошли через зал на сцену, где для них были приготовлены места, и там они сгруппировались по партиям […]

В полпятого была провозглашена Латвийская республика, хотя председатель Народного совета Янис Чаксте и не успел на заседание — от его имени выступал заместитель Густавс Земгалс. Только, как известно, Латвия тогда была свободна довольно относительно.

Вот и театр отражал политическую обстановку: как большевики пришли, так 8 февраля 1919 года сразу отдали оба городских театра Наркомату просвещения, где отделом искусства заведовал Андрейс Упитис. За четыре дня ему удалось собрать труппу, и уже 23-го числа открылся Рабочий театр Советской Латвии — крейсер пропаганды революционных идей.

Да и он продержался недолго — до 21 мая. 1 октября 1919 года было решено начать репетировать и 26 октября открыть Национальный театр, только вплоть до 11 ноября Рига оставалась прифронтовым городом, и были проблемы поважнее. Лишь 30 ноября пьесой Блауманиса «В огне» ознаменовалось его действительное рождение. Летом 1940-го не стало и этого имени: появился Театр драмы, впоследствии не раз менявший названия, пока 17 ноября 1988 года, за день до празднования юбилея, не вернулось старое. С 1971 по 1988 год к имени добавлялось ещё одно: Андрейса Упитиса.

Национальный театр до реконструкции. Изображение с сайта ailab.lv/Riga/sat/saturs.htm

А дом оставался прежним. В 1944 году немцы поставили в театре противовоздушную оборону. В 1946 советская власть, наоборот, провела реставрацию. Правда, при этом герб Риги был заменён на герб ЛССР, да кому‑то помешали декоративные вазы с балконов и орнаменты над входами, восстановленные только в 1988‑ом. Тогда же открылось, что и латвийская власть отнеслась к зданию не лучше: в тридцатых были выбиты орнаменты в угоду надписи «Nacionālais teātris». Их тоже вернули на место.

Куда более заметная реконструкция прошла в 2002—2004 годах, когда помимо тщательной реставрации появилась ещё и служебная пристройка.

Больше века стоит здание театра, меняя названия и языки и не давая покоя ни одной власти. Видать, оно действительно обладает большим влиянием на людские умы.

56° 57' 14" N 24° 62' 5" E

Верманский сад 1

Saruna 1
Atbildes 0
  1. Верманский сад
  2. Сады и парки
  3. Центр

В 1812 году под Кекавой расположились войска Наполеона, и они в любой момент были готовы пойти на Ригу. Во избежание внезапности нападения рижане выслали гонца Тюдемана. Тот, особо в ситуации не разбираясь, доложил, что враг наступает. Естественно, Эссен, руководствуясь законом, приказал поджечь предместья; Наполеон же прошёл мимо города.

Рижане старались побыстрее стереть происшествие из своей памяти. Все они были сильно потрясены несчастьем, а Эссен даже вскоре повесился в Балдоне. Поэтому тут же был назначен новый — маркиз Филиппо Паулуччи. Им возглавляемый Комитет озеленения предместий в 1814 году решил создать общественный парк на месте сгоревших домов — для тех, кто не мог выехать на природу.

На земле, два года спустя подаренной городу Анной Гертрудой Верман, он был торжественно открыт 8 июня 1817 года. В то время каждый, кто внес в кассу Комитета один рубль, получал право посадить одно дерево. При открытии площадь парка была существенно меньше нынешней — неполный гектар по сравнению с пятью. Сад неоднократно расширяли и впоследствии, пока в 1859 году не замкнулось кольцо домов вокруг него.

Вопреки мнению, будто фрау Верман чуть ли не в одиночку оплатила озеленение гиблого места за городскими валами, она была лишь одной из откликнувшихся на призыв. Например, некий аноним «закопал» в болотистую почву пять с половиной тысяч рублей — против верманских двух. С другой стороны, именно она подарила землю, и её сын, прусский консул Кристиан Верман, продолжил начатое дело. Поэтому с 1829 года стоит обелиск в её честь с надписью «Поставили те, кто смогли оценить ценность этих насаждений»; тогда же родился топоним «Верманский сад».

Сад посещала самая изысканная публика, в основном немцы. Впрочем, уже к середине века Верманский стал демократичнее. Привлекали выставки охотничьих собак, охотничьих принадлежностей, фотографии, деревянных поделок, садоводства, книг и прочего интересного. Играл оркестр, часто проходили благотворительные концерты; бродячие труппы давали представления. Однажды некий смельчак поднялся из сада на воздушном шаре и красиво спланировал на землю. Позднее, в годы Первой республики в саду проводились детские праздники. Зимой аллея, параллельная улице Барона, становилась лыжной трассой.

Поначалу господствовал чрезвычайно примитивный пейзаж: дорожка, мостик через ручеёк, деревянная ограда, ворота, рощица уже существовавших деревьев. Учитывая болотистую почву, «существовавших» — слово очень подходящее. Большинство из высаженных в 1817 году 1 282 деревьев, — по моде очень густо, — в 1859‑ом пришлось заменить.

Уже после этого можно было экспериментировать: Рижское общество любителей природы высадило в саду 85 диковинных растений, из которых большинство, правда, не выдержало северного рижского климата. Изначальное благое просветительское намерение снабдить каждое табличками с названиями не получило одобрения: брожение по газонам и тогда не приветствовалось.

Одной из успешных принятых мер против заболачивания сада было создание дренажной системы — её самой заметной частью стал фонтан, отлитый в 1869 году берлинцами Бухольцом и Ханом. Привычный нам потомок, созданный скульптором Лукажой по образу прежнего, струится с 1978 года.

Парк неоднократно перестраивался именитыми садовниками: сначала Куфальдтом, в латвийское время — Зейдаксом. В 1889 году там появился первый в Риге розарий.

По углам сохранились три из четырёх киосков, построенных в 1911 году по чертежам Вильгельма Реслера. В том же году поставили новый металлический забор, снятый в 1930‑ом: чтобы не ограничивал свободу передвижения. Возле улицы Тербатас до войны находился спроектированный в середине двадцатых Паулом Кампе Малый павильон, он же Малый молочный павильон, он же кафе «Парк».

Верманский сад привлекает скульпторов. 1866 год — цинковые солнечные часы, эвакуированные в 1915‑ом. Вокруг них поселились деревянные Диана, Церера, Клио, Полигимния, Урания и Эвтерпа, да три вазы — все они простояли ещё десяток лет. 1884-ый — вытесанные Августом Фольцом львы-сторожа обелиска Анны Гертруды. 1954-ый — Киров сменил Верман так же, как за четырнадцать лет до того аналогично случилось в названии парка. В 1968 году у угла Кирова-Элизабетес и Стучкас-Тербатас духом времени задышала доска почёта Кировского района. 1985 год установил памятник Кришьянису Баронсу проекта Леи Давыдовой-Медне; 2001-ый — Вильгельму Оствальду, единственному рижанину среди лауреатов Нобелевской премии. Там же стоят монументы художника Карлиса Падегса и просветителя Гарлиба Меркеля.

Так уж исторически сложилось, что в шашки и шахматы рижане ранее ходили сражаться к зданию бывшего заведения минеральных вод, теперь же — на эстраду Верманского парка. Поэтому 10 августа 2001 года там был проведен турнир «Рига играет в шахматы», а неподалёку — открыт памятник гроссмейстеру Михаилу Талю, уроженцу Риги.

С восстановлением независимости парк вернул и прежнее имя, в 1998 году прошла реконструкция, вернувшая былые красоты и забор по периметру.

56° 57' 7" N 24° 70' 6" E